Очаковские телефоны и многое другое.

В начале 60-х годов в Очакове было несколько телефонных линий – свои линии имели военные моряки и летчики, а также пограничники. Но, конечно, самой разветвленной была городская сеть. Она объединяла все городские организации и предприятия. Обычно у них было по одному-два телефона, возле которых находились дежурные, а ночью - сторожа. Квартирных телефонов не было единицы. Провода телефонных линий размещались на деревянных столбах, иногда на таких же деревянных опорах электросети. Телефонные провода были без изоляции и гораздо меньшего диаметра. Возможно, поэтому они иногда рвались и падали между опорами, почему-то скатываясь большими спиральными кольцами, что делало их достаточно заметными. Стоит сказать, что мягкая (вязальная) проволока, из которой они делались, всегда была очень востребована в домашнем хозяйстве, поэтому оборванные провода недолго лежали между столбами. На восстановление линии и ее обслуживание приезжали монтажники, которые с помощью металлических когтей поднимались на столбы и выполняли свою работу. Обычно у них были переносные телефонные аппараты типа полевых, с помощью которых общались со станцией, проверяя качество связи.

Прекрасной особенностью телефонных проводов было то, что во время жарких летних и холодных осенне-зимних ветров они гудели и пели разными голосами — от пронзительного свиста до почти басового гудения. Очевидно, это было связано с физическими свойствами металла проводов, а, возможно, с параметрами проходящего по ним электротока.

Телефонная станция в Очакове размещалась на центральной улице чуть выше райкома и горсовета, между улицами Міра (Перельмана) и Спасской (Энгельса). Там стояли два почти однотипных здания с лестницей – в одной из них была почта, в другой – телефонная станция и телеграф.

Для того чтобы провести междугородний разговор, нужно было прийти на телефонную станцию и заказать ее. Вызов давали обычно через несколько дней, о чем тут же сообщался заказчик, другой - иногородний абонент получал телеграмму с уведомлением, когда и в какой переговорный пункт ему необходимо явиться для разговора. Стоимость разговора была 5 копеек в минуту. После рабочего дня с 18 до 6 часов утра и в выходные дни действовал льготный тариф – 3 копейки. Срочный разговор предоставлялся в течение часа и стоил 10 копеек в минуту. Продолжительность разговора составляла не менее 3 минут.

На телефонной станции постоянно находились две телефонистки и дежурный техник. Перед телефонистками стоял огромный шкаф – коммутатор и они должны были вручную принимать звонки и соединять абонентов. Эта работа требовала огромного внимания и хорошей памяти. Телефонных номеров тогда не было, а вызывали по фамилиям или названиям организаций. Поэтому было очень непросто ежеминутно подключать и разъединять абонентов, не путая их, следя за окончанием разговоров и отключая их. Известно, что с самого начала телефонизации было принято на должности телефонисток брать высоких, рослого телосложения женщин и девушек, чтобы им легче было, не вставая с места, дотягиваться до самых отдаленных ячеек коммутатора, и они не так уставали за время смены и делали соединение гораздо быстрее.

Самая технология работы телефонной станции была хоть и примитивной, но достаточно сложной в плане технического обеспечения. Электрическая мощность станции была ограничена, поэтому на больших расстояниях связь была нестабильной, разговоры прерывались, постоянно слышался треск. Схема работы была такой: телефонный аппарат состоял из трубки (переговорного устройства) и маленького слаботочного магнето. Никаких дисков, наборов цифр на аппарате не было. При необходимости позвонить по телефону нужно было несколько раз интенсивно прокрутить ручку магнето, произведенный ток включал лампочку абонента у телефонистки на станции, которая тут же соответствовала. Далее следовало назвать вызываемого абонента, на что телефонистка говорила: «соединяю». Тогда трубка снова ложилась на аппарат и повторно прокручивалось магнето, ток которого поступал уже на звонок телефона вызываемого абонента и происходил разговор. После окончания разговора нужно было снова положить трубку и прокрутить магнето, посылая сигнал «отбой», то есть завершение связи.

Для улучшения качества разговоров некоторые аппараты параллельно подключали к дополнительным батареям, чтобы увеличить их мощность. Эти батареи представляли собой большие тяжелые оклеенные бумагой и картоном залитые смолой кубы со стороной сантиметров в 20. Когда они разряжались, их выбрасывали и мы, мальчишки, их разбирали. Они состояли из липкой белой массы, разъедающей пальцы, и черного графитового стержня. Этот стержень мы и добывали, потому что им хорошо было рисовать разные рисунки на стенах и заборах и писать на них не менее разнообразные слова. Они хорошо служили также для экстренного приведения в более или менее приемлемый вид наших беспощадно избитых черных ботинок, после ожесточенных футбольных баталий.

Но вскоре произошла модернизация станции, увеличилась ее мощность и старые аппараты исчезли. Их заменили новые: уже без ручек и магнитофона. Теперь для вызова станции нужно было просто снять трубку и сразу же приходил ответ телефонистки и соединения. На мой взгляд, в это же время абоненты получили номера и звонки уже совершались не по фамилиям и названиям организаций, а по номерам.

В середине 60-х в Очакове развернулось бурное строительство. Кроме жилых домов, начали возводиться кинотеатр, дом связи, чуть позже – гостиница. Одновременно с началом строительства дома связи в городе началось рытье траншей и укладка кабелей новых телефонных линий. По всему городу работали монтажники и техники, устанавливая распределительные ящики и подводя к ним кабели. От ящиков распределение шло пока еще обычным воздушным путём. Кабели были многожильными, состоявшими из множества проводов с разноцветной изоляцией. Стать владельцем этих проводов или даже кусков кабеля не представляло никакого труда.

Неизвестно откуда и от кого это появилось, но всех школьников Очакова захватила страсть изготавливать из этих проводов самые разные плетения. Это были перстни, браслеты, бусы, брелоки. Происходил обмен опытом и навыками этой работы, изыскивались новые способы и виды переплетов, сочетаний цветов и диаметров проводов. Я думаю, тогда все водители Очакова имели узорчатые баранки и даже рычаги переключения передач машин. Учителя запрещали появляться в школе с этими переплетами и говорили об их безвкусице. По этой или иной причине, но эта страсть угасла так же быстро, как и появилась.

После строительства дома связи, очаковская телефонная связь приобрела самый современный для того времени вид. Теперь аппараты были с наборными цифровыми дисками, никакие телефонистки не требовались, соединения происходили автоматически. Количественный резерв абонентов был для Очакова велик и установить у себя телефон могли все желающие. Городские номера телефонов были четырехзначными, начинались с 20-00 и заканчивались 29-99. Таким образом, в городе могло быть установлено до 1000 телефонов.

Появились телефоны экстренных служб, о которых тоже стоит рассказать.

01 — пожарная.

За время моего проживания в Очакове я не помню никаких серьезных пожаров. Однажды, пол-города ходило смотреть, как тушили пожар на крыше или чердаке бани, потому что там поднималась автомобильная лестница и по ней лазили пожарные. У пожарных было две машины: ГАЗ и ЗИС, последний с поднимающейся стремянкой. Они поддерживались в безупречном состоянии. Мы часто ходили смотреть, как их мыли и обслуживали. Еще нас интересовали переносные раскладные стремянки: мы внимательно изучали их хитрую и легкую конструкцию. Несмотря на отсутствие серьезных возгораний, появление номера 01 обеспечило безопасность жителей Очакова.

02 — милиция.

Понятно, что в Очакове в то время ее никто не вызывал, она сама появлялась, когда требовалось. Так что для города появление этого номера тогда большого значения не имело.

03 - скорая помощь.

Сначала в Очакове в райбольнице на углу улиц Лоцманской (Ленина) и Владимира Ободенка (Суворова) была одна машина скорой помощи ГАЗ - 51, которая использовалась для всех больничных нужд. Врача обычно вызывали лично, и врач добирался сам, кроме конечно чрезвычайных случаев. Потом появился УАЗик «буханка», но он уже обслуживал весь район. И только уже в середине 60-х была получена Волга, которая в полной мере стала скорой помощью. Это как раз и совпало с появлением номера 03.

04 – аварийная газовая служба.

Газовых магистралей в Очакове не было. Газ развозили в баллонах. Заявки на замену баллонов нужно подавать во дворе горсовета. Но так только требовалось. Обычно об этом говорили непосредственно развозчикам баллонов, иногда сразу менявших баллон или привозивших его на следующий день. Некоторые проверенные хозяева выставляли пустые баллоны на улицу у дома, их забирали, а на их место ставили полные. При этом привязывали к крану баллона на дротике две паронитовые прокладки для подключения редуктора.

Баллоны сначала развозили на обычном грузовике, где они размещались вертикально, но вскоре появилась специальная машина, где баллоны лежали горизонтально – их стало гораздо удобнее перемещать. В этих условиях на баллоны надевали специальные резиновые кольца, чтобы исключить их удары друг о друга и возникновение искр. Мы стремились каким-то образом раздобыть эти кольца. Они нам нужны были для соревнований на дальность и точность их метания. Как и баллоны, кольца были большего и меньшего диаметра, бросать большие кольца было, конечно, труднее.

Когда в 1965-66 годах началось проектирование испытательных цехов СПБ «Машпроект» в Кабарге, туда было предусмотрено проведение газопровода, поскольку предприятие разрабатывало турбины для компрессорных станций газотранспортных трубопроводов. Была достигнута договоренность с руководством предприятия о подведении в Кабаргу газопровода производительностью, что значительно превышает потребности испытательного центра для дальнейшего строительства газовой линии в Очаков. В этих условиях, несомненно, значение аварийного номера телефона газовой службы стало бы крайне необходимым.

05 – городское адресное бюро.

Наверное, очаковцы по этому номеру никогда не звонили и не знали его. Все, что необходимо, проще было узнать у соседей или коллег.

06 — телеграф.

Можно было позвонить по телефону и, продиктовав по телефону, отправить телеграмму. Стоимость была: 3 копейки слово, «молния» – 10 копеек.

07 - заказ междугородних переговоров.

Теперь не нужно было идти на телеграф заказывать, а затем в назначенное время приходить и ждать. Можно было спокойно это делать из дома. Это было очень удобно.

08 – бюро ремонта телефонной связи.

Поскольку, особенно в начале работы автоматической станции, довольно часто случались сбои, этот номер использовался в полной мере. Приходилось даже ждать, когда подойдет очередь ремонта или проверки линии.

09 - справочная телефонная связь.

Сразу после ввода в действие автоматической станции в Очакове был выпущен телефонный справочник. Он был напечатан в местной типографии на простой желтой бумаге в мягком переплете. В связи с интенсивным развитием числа абонентов, а также увеличением предприятий и организаций в Очакове, этот справочник многократно переиздавался и расширялся. Таким образом он превратился в солидное многостраничное издание, где в алфавитном порядке были указаны сначала организации, а затем и индивидуальные владельцы телефонов. Но все равно изменения номеров, переезды людей и организаций происходили интенсивнее, чем издание справочников, поэтому справочной телефонной службой все пользовались постоянно.

В целом, сам факт наличия в городской телефонной сети Очакова номеров экстренных служб, печатание их на первых страницах телефонных справочников и на городских афишах, как-то сразу перенес город в глазах его жителей в высшую категорию развития, а им самим дал возможность почувствовать себя настоящими горожанами (обычно, в комплексе с появлением автобусов улиц).

Нам, очаковским школьникам, развитие телефонной сети и ее автоматизация предоставили дополнительные условия и возможности для успешного обучения. Не знаю, как сейчас, а раньше учитель в самом конце урока писал на доске домашнее задание. И нужно было обладать немалым мужеством, чтобы потом во время драгоценного перерыва не бежать играть в футбол или другие игры, а терпеливо переписывать все это в дневник. Обычно такого мужества не хватало и домой возвращались с незаполненным дневником, естественно, не зная, что задано. И в конце дня, тайком от родителей, под разными предлогами приходилось метаться по друзьям, чтобы узнать, что задано. Это удавалось далеко не всегда, потому что все мы были в принципе одинаковыми. И так же все равно приходили в школу без выполненных задач. Телефон же в корне решил эту проблему. Теперь не нужно было бегать по соседям, а достаточно было просто позвонить усердным ученикам, а это, естественно, были девочки, и узнать все, что нужно. Тем более что это было даже приятно и тематика разговоров уже могла касаться не только уроков. Те, у кого не было домашних телефонов, пользовались новинкой — телефоном-автоматом.

Первые из них были установлены на здании старого универмага и у входа в здание связи. Разговор любой продолжительности стоил 2 копейки.

Конечно, телефон внес новизну в жизнь не только школьников. Многие вопросы решались и обсуждались более оперативно, динамично. Вместе с тем, это порождало некую ностальгию, уныние. Теперь можно было неделями говорить с человеком, не видя его, не ощущая его реакции. Как-то ослабили отлаженные годами связи. Если раньше люди встречались в городе, чтобы вместе погулять, поговорить, то теперь это становилось реже: все обсуждать можно было по телефону. Междугородние переговоры заменили письма и исчезла прелесть трепетного ожидания письма или ответа на твое послание.

Современное развитие электронной и мобильной связи, по моему мнению, делает общение во многом почти безразличным и холодным. Мало ощущается теплота и сердечность, как это происходило во время личных встреч. Но таковы законы развития общества. Хорошее, лирическое, простое обычно вытесняется механическим, цифровым, электрическим. Это значительно облегчает жизнь, сокращает время, но способствует ли внутреннему душевному развитию человека, взаимопониманию, сопереживанию и сочувствию? Это вопрос!

В развитии же очаковской связи (не только телефонной, но и почтовой, телеграфной) все тяготы этой непростой работы нес на себе трудовой коллектив районного узла связи. Его тогда возглавлял Михаил Енин. Этих людей мало кто знал, свое дело они делали не очень заметно, не выпирая. И тот прогресс, который произошел в городе – это несомненная их заслуга. Очаковцы должны им быть благодарны.

Николай Манжос
газета «Очаківський тиждень» №118 от 30.06.2026 г.